В запале дискуссии один мой друг воскликнул: "Уж не думаешь ли ты, что я смогу быть готовым убить тебя?"
Я задумался: ".. а правда - сможет ли?"
Как легализовать что угодно — от эвтаназии до инцеста.
Американский социолог Джозеф Овертон описал технологию того, как можно изменить отношение общества к вещам, которые раньше считались абсолютно неприемлемыми.
Согласно этой технологии, которую назвали "Окно Овертона", для каждой идеи или проблемы в обществе существует так называемое окно возможностей. В пределах этого окна идею могут или не могут широко обсуждать, открыто поддерживать, пропагандировать, пытаться закрепить законодательно. Окно двигают, меняя тем самым веер возможностей, от стадии «немыслимое», то есть совершенно чуждое общественной морали, полностью отвергаемое до стадии «актуальная политика», то есть уже широко обсуждённое, принятое массовым сознанием и закреплённое в законах.
Это не промывание мозгов как таковое, а технологии более тонкие. Эффективными их делает последовательное, системное применение и незаметность для общества-жертвы самого факта воздействия.
Ниже на примере разберем, как шаг за шагом общество начинает сперва обсуждать нечто неприемлемое, затем считать это уместным, а в конце концов с радостью принимает новый закон, закрепляющий и защищающий некогда немыслимое. И само становится проводником новой идеи.
Отмотаем время назад, когда мирно существовали два соседних государства, два братских народа.
Всем очевидно, что тогда не было возможности развернуть пропаганду захвата земель соседей — общество встало бы на дыбы. Такая ситуация означает, что проблема легализации аннексии находится в нулевой стадии окна возможностей. Эта стадия, согласно теории Овертона, называется
«Немыслимое». Смоделируем теперь, как это немыслимое реализовано, пройдя все стадии окна возможностей.
Технология
Ещё раз повторю, Овертон описал ТЕХНОЛОГИЮ, которая позволяет легализовать абсолютно любую идею.
Обратите внимание! Он не концепцию предложил, не мысли свои сформулировал некоторым образом — он описал работающую технологию. То есть такую последовательность действий, исполнение которой неизменно приводит к желаемому результату. В качестве оружия для уничтожения человеческих сообществ такая технология может быть эффективнее термоядерного заряда.
Как это смело!
Тема захвата чужих земель на тот момент отвратительна и совершенно не приемлема в обществе. Граждане гордятся тем, что они самый добрососедский народ в мире ни на кого никогда не посягающий. В отличии от других, агрессивных, живущих на далеких континентах. Рассуждать о том, что мы можем быть им подобны не возможно ни в прессе, ни, тем более, в приличной компании. Пока это немыслимое, абсурдное, запретное явление.Соответственно, первое движение Окна Овертона —
перевести тему оккупации другой страны из области немыслимого в область радикального.
Но ведь у нас есть свобода слова.
Ну, так почему бы не поговорить о соседских землях?
Учёным вообще положено говорить обо всём подряд — для учёных нет запретных тем, им положено всё изучать. А раз такое дело, собирается симпозиум по теме «Наши исторические корни на окружающих землях». Обсудим на нём историю окружающих земель в этом разрезе, введём её таким образом в научный оборот и получим факты авторитетных высказываний специалистов о наличии наших прав на окружающие земли.
И вот уже о наличии, пусть и в прошлом, но наших прав на окружающие земли, оказывается, можно предметно поговорить и как бы остаться в пределах научной респектабельности.
Окно Овертона уже двинулось. То есть уже обозначен пересмотр позиций. Тем самым обеспечен переход от непримиримо отрицательного отношения общества к отношению более позитивному.
Одновременно с околонаучной дискуссией непременно появляются какие-нибудь «Общества радикальных захватчиков». И пусть они представлено лишь в интернете — радикальных захватчиков непременно заметят и процитируют во всех нужных СМИ.
Во-первых, это ещё один факт высказывания. А во-вторых, эпатирующие отморозки такого специального генезиса нужны для создания образа радикального пугала. Это будут «плохие захватчики» в противовес другому пугалу — «фашистам, призывающим сжигать на кострах не таких, как они». Но о пугалах чуть ниже. Для начала достаточно публиковать рассказы о том, что думают про правомерность потерь наших прав купленные обозреватели и какие-нибудь радикальные отморозки иной природы.
Результат первого движения Окна Овертона: неприемлемая тема введена в оборот, табу десакрализовано, произошло разрушение однозначности проблемы — созданы «градации серого».
Почему бы и нет?
Следующим шагом Окно движется дальше и
переводит тему захвата чужих земель из радикальной области в область возможного.
На этой стадии продолжаем цитировать «учёных». Ведь нельзя же отворачиваться от знания.. про свою историю. Любой, кто откажется это обсуждать, заклеймён как лицемер и предатель.
Осуждая ханжество, обязательно нужно придумать захвату элегантное название. Чтобы не смели всякие фашисты навешивать на инакомыслящих ярлыки со словом на букву «Ок».
Внимание! Создание эвфемизма — это очень важный момент. Для легализации немыслимой идеи необходимо подменить её подлинное название.
Нет больше захвата чужих земель.
Теперь это называется, например, присоединение. Но и этот термин совсем скоро заменят ещё раз, признав и это определение оскорбительным.
Цель выдумывания новых названий — увести суть проблемы от её обозначения, оторвать форму слова от его содержания, лишить своих идеологических противников языка. Захват превращается в присоединение, а затем в помощь нашим народам на прилегающих землях. Подобно тому, как преступник меняет фамилии и паспорта.
Параллельно с игрой в имена происходит создание опорного прецедента — исторического, мифологического, актуального или просто выдуманного, но главное — легитимированного. Он будет найден или придуман как «доказательство» того, что захват чужих земель может быть в принципе узаконен.
«Смотрите, что происходит там, в далеких землях!»
«Помните чья кровь пролилась на этих землях?»
«Смотрите сколько там живет наших»
«Ну, а совсем же недавно они были наши! И вообще документы были неправильно оформлены.»
Главная задача вакханалии этого этапа — хотя бы частично вывести захват чужих земель из-под уголовного преследования. Хоть раз, хоть в какой-то исторический момент.
Так и надо
После того как предоставлен легитимирующий прецедент, появляется возможность двигать Окно Овертона
с территории возможного в область рационального.
Это третий этап. На нём завершается дробление единой проблемы.
«Желание возвращать генетически заложено, это в природе человека»
«Иногда помогать необходимо не спрашивая разрешения»
«Там есть люди, желающие чтобы им помогли»
«Сложилась такая ситуация, что нельзя оставаться безучастными!»
«Мы всегда помогали»
«Свободный человек имеет право решать где ему жить»
«А есть ли в помощи вред? Только злые могут доказывать обратное».
В общественном сознании искусственно создаётся «поле боя» за проблему. На крайних флангах размещают пугала — специальным образом появившихся радикальных сторонников и радикальных противников захвата чужих земель.
Реальных противников — то есть нормальных людей, не желающих оставаться безразличными к проблеме растабуирования захвата чужих земель — стараются упаковать вместе с пугалами и записать в радикальные ненавистники. Роль этих пугал — активно создавать образ сумасшедших психопатов — агрессивные, фашиствующие ненавистники помощи, призывающие садить на ножи и жечь заживо оккупантов, жидов, коммунистов и негров. Присутствие в СМИ обеспечивают всем перечисленным, кроме реальных противников легализации.
При таком раскладе сами т.н. сторонники помощи остаются как бы посередине между пугалами, на «территории разума», откуда со всем пафосом «здравомыслия и человечности» осуждают «фашистов всех мастей».
«Учёные» и журналисты на этом этапе доказывают, что человечество на протяжении всей своей истории время от времени захватывало земли друг друга, и это нормально. А эти земли вообще всегда исконно наши были.
Теперь тему помощи на соседних землях можно переводить из области рационального, в категорию популярного. Окно Овертона движется дальше.
В хорошем смысле
Для популяризации темы захвата чужих земель необходимо поддержать её поп-контентом, сопрягая с историческими и мифологическими личностями, а по возможности и с современными медиаперсонами.
Присоединение земель массово проникает в новости и токшоу. Оказывают помощь соотечественникам в кино широкого проката, в текстах песен и видеоклипах.
Один из приёмов популяризации называется «Оглянитесь по сторонам!».
«Разве вы не видите, что одна известная страна— того?.. распалась.»
«А одно всем известное государство — всю жизнь был вводит свои войска на чужие территории. И его даже не преследовали.»
«Над нами все смеются, что мы разбазариваем свои земли.»
На этом этапе разрабатываемую тему выводят в ТОП и она начинает автономно самовоспроизводиться в массмедиа, шоубизнесе и политике. Составляются письма и собираются подписи известных персон.
Другой эффективный приём: суть проблемы активно забалтывают на уровне операторов информации (журналистов, ведущих телепередач, общественников и тд), отсекая от дискуссии специалистов.
Затем, в момент, когда уже всем стало скучно и обсуждение проблемы зашло в тупик, приходит специальным образом подобранный профессионал и говорит: «Господа, на самом деле всё совсем не так. И дело не в том, а вот в этом. И делать надо то-то и то-то» — и даёт тем временем весьма определённое направление, тенденциозность которого задана движением «Окна».
Для оправдания сторонников легализации используют очеловечивание преступников посредством создания им положительного образа через несопряжённые с преступлением характеристики.
«Они же вежливые люди. Они переживают за всех и что?»
«Они искренне желают помочь. Не завоевывают, а любят!»
«У наших ввл повышенный IQ и в остальном они придерживаются строгой морали»
«ЗЧ сами жертвы, их враги сами вынудили»
«Голос предков зовет и не простит, если мы упустим момент» и т.д.
Такого рода выкрутасы — соль популярных ток-шоу.
«Мы расскажем вам трагическую историю любви! Он хотел ей помочь! А она жила на другой стране! Кто мы, чтобы судить их? Быть может, это — любовь? Кто вы такие, чтобы вставать у любви на пути?!»
Мы здесь власть
К пятому этапу движения Окна Овертона переходят, когда
тема разогрета до возможности перевести её из категории популярного в сферу актуальной политики.
Начинается подготовка законодательной базы. Лоббистские группировки во власти консолидируются и выходят из тени. Публикуются социологические опросы, подтверждающие высокий процент сторонников оказания помощи. Политики начинают катать пробные шары публичных высказываний на тему законодательного закрепления этой темы. В общественное сознание вводят новую догму — «запрещение захвата чужих земель запрещено».
Во время последнего этапа движения Окна из категории «популярное» в «актуальную политику» общество уже сломлено. Самая живая его часть ещё как-то будет сопротивляться законодательному закреплению не так давно ещё немыслимых вещей. Но в целом общество уже адаптировано к новым потребностям власти. Оно уже единогласно поддерживает такую важную и необходимую инициативу.
Приняты законы, изменены (разрушены) нормы человеческого сосуществования, далее эта тема неизбежно катится до школ и детских садов, а значит следующее поколение вырастет вообще без шанса на другое восприятие мира.
Как сломать технологию
Описанное Овертоном Окно возможностей легче всего движется в обществе в котором нет идеалов, и, как следствие, нет чёткого разделения добра и зла.
Ты думаешь, что в одиночку не сможешь ничего изменить?
Ты совершенно прав, в одиночку человек не может ни черта.
Но лично ты обязан оставаться человеком. А человек способен найти решение любой проблемы. И что не сумеет один — сделают люди, объединённые общей идеей. Оглянись по сторонам.
Конечно действует не только окно, еще и сильнейшее промывание...
и вот всего год назад никто из нас и представить себе не мог, что один из нас будет радоваться тому, что войска его страны вторгнутся к соседям, что он будет гордиться тем, что он оккупант...
Страны, которая ему улыбалась летним солнцем, радушно принимая его на отдых. Страны, в которой живут его друзья, любимый... все в прошлом.
... так сможет ли убить? Я думаю, что это зависит не от него, а от пропаганды - захочет ли она, чтобы он смог..
Но лично ты обязан оставаться человеком.
']]}
